В тематическом Обзоре ВС РФ от 29 января 2020 года¹ под КДЛ понимается лицо, имеющее бенефициарный интерес в распределении прибыли должника («хозяин бизнеса»)². В том случае, если целью его правоотношений с должником было предоставление последнему финансирования в кризисной ситуации, требования КДЛ не могут удовлетворяться в одной очередности с независимыми кредиторами³.

Иное позволило бы КДЛ, которое предоставляло внутреннее финансирование под видом обычных гражданских правоотношений, не нести никаких негативных последствий неудачи своего скрытого плана⁴. Ведь если должник все же впадет в банкротство, у КДЛ сохранится юридическая возможность получить возврат вложенных средств наравне с обычными кредиторами, а если банкротство удастся предотвратить, то КДЛ продолжит неограниченно извлекать прибыль из должника. Таким образом, в отсутствие субординации КДЛ могло бы действовать беспроигрышно.

Аналогичные последствия п. 4 Обзора ВС РФ от 29 января 2020 года предусматривает и для аффилированного кредитора, который предоставлял финансирование должнику под влиянием общего КДЛ.

Какая аффилированность имеет значение для целей субординации? Традиционно содержание понятия «аффилированность» основывалось на ст. 4 Закона РСФСР от 22 марта 1991 года № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», которая устанавливает признаки прежде всего юридической аффилированности.